Вот так баба Валя!

23 февраля в Черниговском роддоме черниговка Валентина Подвербная в неполные 66 лет родила девочку весом 3 килограмма 330 граммов и ростом 54 сантиметра. ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение, т.е. вне организма, «в пробирке») Валентине сделали в Киевском институте генетики репродукции по улице Зоологической.

Две попытки ЭКО оказались неудачными. Третья принесла желанную беременность. Прижились два плода — она могла бы родить и двойню. Но второй плод пришлось удалить. У него были пороки в развитии. Редукцию (так называется операция) провели в Киеве. В Черниговском роддоме Валентине сделали кесарево сечение.


Подвербная лежит в одноместной платной палате Черниговского роддома, хотя денег за нее не вносила. Это подарок от роддома. Ребенка закутала в одеяло с головой, показывать никому не хочет, чтобы не сглазили. Даже медсестер иногда не подпускает.

Валентина — реализатор. Торговала в центре Чернигова, под городской санэпидстанцией, напротив «Макдональдса» консервами, халвой, чаем, пряностями и пр. Живет на Масанах.

— Забеременела я в середине лета. А живот начал расти осенью. Под пальто он был не заметен. Для маскировки я еще и шарф с длинными концами надевала, прикрывала живот. Торгующие рядом даже не догадывались. Пришлось признаться, что я «в положении», лишь милиции. Меня прогоняли, запрещали торговать на улице. Я чуть не плакала. Говорила им, что у меня пенсия 860 гривен. Скоро рожать. Деньги нужны и на вещи для ребенка, и на питание.

Даже справку приносила, что беременна, — не помогло. Ну, Бог им судья, — рассказывает Валентина. — Через год-полтора снова пойду торговать. Ведь пенсии на двоих не хватит. Буду работать только в хорошую погоду, ведь буду вместе с Солнышком. (Солнышком она называет девочку). Летом поднакоплю, чтобы зимой можно было не работать, а сидеть с ребенком дома. Маленькую свою никому не отдам, даже в садик. Как я могу доверить кому-то свою кровинку?

Мама умерла давно, родных у меня нет. Мужа нет, хотя я прожила в законном браке 25 лет. Вышла замуж в 21. Детей не было, и мы развелись. Позже встретила мужчину, с которым прожили два года, потом расстались.

О ребенке я мечтала 40 лет. В молодости врачи поставили диагноз «бесплодие», причину выяснить не смогли. В советские времена таких технологий, как экстракорпоральное оплодотворение, не было.

— Почему не усыновили малыша?
— У нас на Масанах был случай, когда женщина, потеряв единственного 14-летнего сына, взяла из детдома семилетнего мальчика. Он не слушался ни ее, ни мужа, воровал, плохо себя вел. Через полтора года пришлось возвращать его обратно в детдом. Женщина после этого заболела душевно. Зачем мне такие проблемы? Побоялась, неизвестно, какие у него наследственные болезни проявятся. Свое есть свое.
Я посвятила себя уходу за матерью.

Но когда ее не стало, жизнь потеряла смысл. Я перестала общаться со знакомыми, замкнулась в себе. Как-то в газете «Порад-ниця» прочитала заметку об
искусственном оплодотворении и поняла: вот он, мой единственный шанс родить. На это нужны были деньги.

Я работала медсестрой в кожвендиспансере. В середине 90-х даже маленькую зарплату не платили вовремя. Я уволилась и в 51 год пошла торговать. Копейку к копейке собирала. Ни дачи, ни села у меня нет, я экономила даже на еде. Сидела на картошке с растительным маслом да чай пила. Собирала на оплодотворение семь лет. Пока собрала нужные 12 тысяч гривен, цены выросли до 25. Пришлось опять таскать тачку с товаром и в зной, и в стужу, зарабатывать на ребенка.

Наконец три года назад я поехала в Киев, на улицу Зоологическую, в институт генетики репродукции. Там мое желание родить ребенка никого не удивило. Врачи проверили мои анализы и готовность организма выносить ребенка.

— А справки от нарколога, психиатра требовали?
— Нет. Все обследования проводили на месте. Первый раз меня оплодотворили бесплатно, но не вышло. Во второй тоже, заплатила 3700 гривен. После третьей попытки удалось забеременеть. Препараты, анализы и т.д., в Киеве все очень дорого. Поездки, оплодотворение, за три года все обошлось мне более чем 40 тысяч гривен.

— Валентина Григорьевна, вы, будучи беременной, экономили на себе?
— Нет, покупала молоко, овощи, фрукты. Конфеты только натуральные. Даже томатную пасту не покупала на борщ, а свежие, домашние помидоры. Надеюсь, жить буду лет до ста. В нашем роду были долгожители, прожившие до 90 лет и больше. Мне Солнышко вырастить, выучить нужно, замуж отдать, еще и внуков дождаться.

В палату вошла медсестра помочь роженице сцедить молоко. Да, на третий день у бабушки появилось молоко! Чудо. Говорят, такое бывало во время войны. Если кормящая мать погибала, кричащего грудничка прикладывала к груди бабушка. Со временем у нее появлялось молоко.

—Теперь будет чистое молочко сосать, — радуется Подвербная.
Пока разговаривали, ребенок лежал тихо, но мама-бабушка время от времени поправляла одеяльце.

— Я уже и одежку Солнышку купила. Вот комбинезончик, — достает голубенький на натуральном меху, — вот шапочка. Жаль только, кроватки нет и столика. Я бы Солнышку столик поставила, букварик купила, учила б ее. Ребенку бы комнату отдельную... Вот если бы черниговская власть поменяла мою однокомнатную на двухкомнатную квартиру. У меня комната 17 метров. Из мебели — старенький диван и сервант. Телевизор давно сломан, стиральной машины и холодильника тоже нет.

— Вы после кесарева сечения, кто же вам коляску каждый день из квартиры на улицу будет таскать? За продуктами ходить?
— Сама. В лифт — и вперед. Уснет, схожу в магазин.

Создалось впечатление, что роженица-рекордсменка не осознает, что ждет ее впереди. Медики предлагают ей отправиться в Черниговский социальный центр матери и ребенка «Родители и ребенок вместе». Там полтора года можно прожить за счет государства, под присмотром специалистов. Условия в центре очень хорошие. Место есть, сообщила директор центра Ольга Филипская. Согласится ли Валентина?
Поговорила с жителями подъезда, где проживает бабушка-мама.

— Она ни с кем из нашего дома не общалась. К ней никто не приходил. На двери даже звонка нет. Мы в шоке! Как она решилась на такое? Ведь любви к детям она никогда не демонстрировала. Прогоняла молодежь, собиравшуюся на лестничных площадках, и щедровальщи-кам никогда не открывала.

По сути — суррогатная мать

О необычной пациентке рассказала Ирина Костюк, заведующая областным центром планирования семьи:
— Ее должны бы вести в первой женской консультации (на Пирогова). Как она ко мне попала, я до сих пор так и не знаю. Она не говорит, начинает сразу плакать. Восемь месяцев назад, в конце рабочего дня, открылась дверь моего кабинета, и вошла пожилая женщина. Села, минут пять молчала, потом говорит: «Я к вам. У меня беременность шесть недель». В роддоме она никому не хотела показываться, кроме меня. Говорила: «Все ведьмаки». Так началась наша эпопея. Ей нужно было к кому-то прислониться. А я пыталась ее понять.

— Человек она специфический. Я не могу ее осуждать, ни в коем случае. И никто не в праве это делать. Как произошло, так произошло. Это ее решение. По разговорам Валентины я поняла, что ребенок — это была цель всей ее жизни. Если бы все молодые женщины так ходили во время беременности, так вынашивали, можно было бы закрывать роддом. У нее было давление 120/80. Не было проблем с кровью, анемии. Только в конце беременности начало подниматься давление и появились проблемы с мочой. Она приходила, мы говорили о жизни. Валентина жаловалась, что никто ее не понимает, ругают за то, что сделала подсадку. •

— Я так понимаю, что она воспользовалась услугами доноров?
— Да, конечно. Это донорская яйцеклетка и сперма донора. Она в климаксе, там нет фолликулярного запаса (запаса яйцеклеток. — Ред.), нечего было стимулировать. (Если молодая женщина не может забеременеть, потому что ее яичники работают плохо, прописывают лекарства, которые стимулируют выработку яйцеклеток. — Ред.)

— Значит, у нее, по сути, чужой ребенок?
— Это получилось суррогатное материнство. По закону ребенок ее.

— Ирина Дмитриевна, как вы оцениваете, это прорыв в медицине? Это подтверждает новые возможности науки? Раздвигает грани возможного? Это успех?
— Успех то успех. Но... Все должно происходить вовремя, в отведенные природой сроки.

— Как вы думаете, может ли быть такое, что следующий к вам зайдет мужчина и скажет: «У меня шесть недель беременности?..»
— Я надеюсь, что не доживу до такого. Вероятно, в XXIII веке будет возможно и такое.

Роды принимала заведующая вторым акушерским отделением городского роддома Анна Метла. Во время кесарева сечения применили спинальную анестезию (лекарственные препараты вводятся в поясничную область, в непосредственной
близости от нервов, чтобы заблокировать болевые ощущения в нижней части тела. Роженица остается в сознании, но не ощущает боли ниже пояса).

Девочка у бабушки родилась очень красивая. Но проблемы со здоровьем у нее есть. Нарушается отток мочи из почки. Болезнь называется гидронефроз. В перспективе может сделать человека пациентом диализного центра. В Киеве предлагали сделать коррекцию, еще внутриутробно. Пока ребенок не родился, там такие тонкие пленочки, через которые проникают и делают почку вполне здоровой. Бабушка выслушала врачей и говорит: «Хорошо. Только у меня картошка варится, я забыла газ выключить. Поеду выключу, и будем делать». Врачи в Киеве, картошка — в Чернигове, на Масанах. Так и не вернулась, отказалась. Пролечить ребенка и сейчас не поздно, главное, чтобы мать согласилась.

Почему гидронефроз? Ведь предполагается, что яйцеклетки и сперму сдают здоровые доноры? И их хорошо проверяют? Все это так, объясняют специалисты. Но, когда женское и мужское начало сливаются воедино,хоть в пробирке, хоть в супружеской спальне, просчитать стопроцентно, здоровый ли получится ребенок, невозможно.

Девочки вот нам с кого надо брать пример, с бабы Вали! Так что возраст здесь не помеха, надо наверное очень захотеть. Дажее в 66 не поздно а я то сама себя уже в 33 года отнесла к старородящим.