Первая часть рассказа о том, как я не хотела рожать...

...1 сентября. Шел август, ПДР проходили один за другим, а час Х все не наступал. Пакеты, собранные для роддома, покрывались пылью, муж уже вышел на работу после отпуска, во время которого я должна бы уже родить, а живот продолжал расти и пребольно пихаться. К этому времени меня уже было проще перепрыгнуть, чем обойти, что при моем росте 172 см выглядело, мягко говоря, устрашающе. Мой молодой и безбрежно растущий организм постоянно требовал калорий, поэтому ежевечерний моцион, как правило, заканчивался в ближайшем магазине, куда я заглядывала "за яблочком", а также печенькой, шоколадкой и мешком пряников. Видя, как я бодро вскарабкиваюсь (пешком!) на 7 этаж, обвешавшись магазинными пакетами, соседи мелко крестились и, кажется, начали уже делать ставки на то, когда я наконец рожу. Мне и самой было интересно.

Незадолго до последнего из вычисленных ПДР я наведалась в роддом к врачу, у которого собиралась рожать. После осмотра на кресле (по виду, ровеснике моей бабушки), врач оптимистично сказал, что вот-вот чудо случится, т.к. шейка полностью готова. По КТГ все было замечательно, и меня отправили домой ждать схваток.

Забегая вперед, скажу, что это "вот-вот" длилось еще неделю. В ПДР я бодро доползла до консультации. Не ожидавшая меня увидеть врач (все-таки роды вторые, и первый ребенок родился на сроке 39 недель) одарила меня направлением на дородовую госпитализацию и пожеланием родить уже наконец, ну сколько можно легких родов. На что я гордо ответила, что первого сентября мне рожать никак нельзя, иначе сына некому будет конвоировать на торжественную линейку. В общем, в роддом я раньше второго не собиралась и, если бы не муж, который жаждал сбагрить меня под наблюдение, благополучно "потеряла" бы направление. Подозреваю, что мужа я достала известным способом приблизить начало родов, именуемым "мужетерапией", и он хотел элементарно отдохнуть и выспаться.

31 августа мы с животом мыли машину и пылесосили салон, периодически застревая между креслами. Матка временами каменела, спину потягивало, но длящиеся уже третью неделю предвестники достали меня настолько, что после пары ночей на чемоданах со схваткосчиталкой наперевес я перестала обращать на них внимание. Ночь на 1.09. снова не спалось, и я провела время с пользой, надраивая плиту и кухонные шкафчики. Моему беременному мозгу не давала покоя мысль, что мама, которая будет хозяйничать на кухне во время моего пребывания в роддоме, ужасно огорчится при виде недостаточно сверкающей плиты.

Под утро удалось ненадолго заснуть, несмотря на отчаянно барахтающийся живот. Вместо будильника меня разбудило странное ощущение - как будто матку сильно сжали рукой и не спеша отпустили. Это было безболезненно, но отличалось от тренировочных схваток силой сжатия. Я скомандовала организму "Стоп!" и вот почему. Тут пришло время рассказать, почему же я так не хотела рожать именно первого сентября. Дело в том, что я преподаватель, соответственно, День Знаний - это праздник, который всегода со мной. А мне очень хотелось, чтобы у сына был свой персональный праздник, а у меня - на один повод в году больше для хорошего настроения. Об этой моей фобии знали все друзья и родственники, а также врачи, акушерки и случайные попутчики . Но, как говорится, расскажи Богу о своих планах, пусть он посмеется.

Итак, я облачилась в чехол для танка в веселенький цветочек (на меня перестали налезать даже беременные штаны!) и выпинала сына в школу. В качестве группы поддержки с нами отправилась мама, которая весь последний месяц терзалась опасениями, что я начну рожать в самом неподходящем месте.

1,5 часа линейки пролетели быстро. Я 26 раз (по числу присутствовавших родителей из нашего класса плюс учительница) ответила "Еще не родила" и "Не знаю, когда, но думаю, что скоро".

Потом мы поехали на дачу, где традиционно (если погода позволяет) отмечаем начало учебного года: жжем прошлогодние тетрадки, жарим шашлык, стреляем по мишеням (хобби у нас такое семейное, под это дело даже мини-полигон на даче оборудовали). Но мне что-то не елось, не пелось и не стрелялось. Вместо этого я утаптывала тропинку, ведущую к туалету, и недоумевала, когда я успела выпить столько жидкости. Тогда же я заметила, что начала отходить темно-желтая пробка. Через час таких увеселений у меня возникло ощущение, что ребенок разогнул ножки и со всей дури уперся мне в ребра. Сидеть было невозможно, стоять - тоже. Пришлось облокотиться на спинку стула и свесить живот вниз. Мои мужчины быстро сориентировались, молниеносно убрали со стола и бережно погрузили меня в машину. По дороге (а мы встряли во все возможные пробки!) стало прихватывать по 40 секунд каждые 8 минут. Боль сконцентрировалась внизу живота и была тянуще-режущей, но терпимой.