Всё ещё... Про сон

Прошлым летом я впервые решила приобщить Алису к путешествиям и отправилась с ней в гости с ночевкой. Ей было шесть месяцев, у нее были симметричные складки, и она была волшебная. Такие дети большая редкость. Про них мало кто говорит и в них почти никто не верит. Она с рождения спала всю ночь, не просыпаясь! Только вслушайтесь. ВСЮ НОЧЬ, НЕ ПРОСЫПАЯСЬ! Мистика же…

Сначала я очень долго не могла поверить в это счастье. Моя грудь так вообще протестовала и разве что гневные транспаранты утром на мне не вывешивала. Иногда она мстила мне лактостазами и температурой под 40, но чаще просто пугающе увеличивалась в размере, всем своим видом претендуя на первое место в конкурсе мокрых маек.

А Алиса тем временем спала… И я спала. И муж. И даже кот. Все шесть месяцев. Всю ночь!

А потом мы забили машину вещами и поехали в гости. Вещей было столько, будто я не маленькую девочку родила, а семь крупных мальчиков. Багажник еле закрывался, а на переднем пассажирском сидении мог поместиться только горбатый карлик.

Приехав в новый дом, мы сразу же его оккупировали. Разбросали повсюду игрушки, постелили на пол развивающий коврик и отпустили волшебного ребенка обследовать новую территорию. Алиса уже давно освоила ползание по-пластунски и, вытирая пол симметричными складками, исследовала только самые запретные и опасные места. Например, напольные вазы и прабабушкины ноги. Нет, прабабушка у нас вовсе не опасная и даже не запретная. Просто она старенькая, неловкая и плохо слышащая, поэтому запинаться об младенца ей было категорически запрещено. Но так как она добрейшей души человек и знает миллион потешек, то Алиса с нескрываемым интересом охотилась за ее ногами. Даже больше, чем за напольными вазами.

Когда пришло время Алисиного обеда, прабабушка уютно устроилась напротив нас и с распирающей ее любовью смотрела, как правнучка размазывает по мне кабачок. А потом случилось страшное. Прабабушка вдруг прервала бесконечный поток потешек и после слов «три-та-та, три-та-та» задала увековеченный в историю нашей семьи вопрос:

- Алиса всё еще хорошо спит ночью?

От неожиданности я чуть не ткнула Алисе ложкой прямо в глаз. Я бы не назвала себя суеверной… Ну то есть черной кошке не пойду выдергивать лапы, если она вдруг мимо пробежит. И на женщин с ведрами нормально реагирую. По дереву, да, бывает, стучу. Единственное, что в силу слова и силу мысли, верю, это да…

Поэтому после прабабушкиного неожиданного вопроса я с удивлением уставилась на нее и потребовала объяснений, с каких пор она стала так странно строить предложения. И прабабушка, прервав очередной поток потешек, охотно объяснила мне свой поступок. Мол, когда-то, чуть ли не сразу после войны, некая мудрая еврейка научила ее нехитрому правилу – если не хочешь сглазить кого-то или саму себя, то всегда надо добавлять магическое «всё еще». Например, нельзя говорить «я счастлива замужем», надо говорить «я всё еще счастлива замужем». И так далее… Ну вот моя бабушка и применила тайное еврейское оружие против сглаза, громко подытожив его:

- Гуси, гуси, га-га-га!

Я с минуту переваривала полученную информацию и приняла героическое решение тут же стереть её из головы и отмыть от себя кабачок. Дальше был обычный день жизни с ползающим младенцем. Вазы были убраны с пола, мы ходили по щиколотку в игрушках и отгоняли от прабабушкиных ног Алису.

Наступила ночь. Ну как наступила. По факту она конечно же наступила, но, что такое сон, я в эту ночь так и не узнала. Мой волшебный ребенок просыпался каждые сорок минут, кричал и требовал грудь. Встав утром с полным ощущением будто я только вчера родила, я вышла из комнаты с красными глазами, всклокоченными волосами и полной уверенностью, что мой ребенок всего лишь навсего так отреагировал на новое место.

Видимо новое место впечатлило Алису в апокалипсических масштабах, потому что с того момента, вот уже восемь месяцев, она просыпается за ночь по сто раз. КАЖДУЮ НОЧЬ!

За эти восемь месяцев мою голову посетили миллионы мыслей. От зубов до сглаза. Я перепробовала всё: кормила перед сном до отвала, переставляла кроватку по фен-шую, купала Алису в теплой воде, купала в холодной, доводила ее до изнеможения перед сном, выгуливала до посинения. Я перечитала тонну информации про сон: от издевательств Эстивилля, до мягких способов, вплоть до «попробуйте договориться с ребенком». Я как дом советов стала. Могу в викторинах про сон участвовать. Я знаю все про фазы сна и про кризисы у детей. Вот разве что с лунным календарем не сверялась и диаграммы сна не строила.

Я даже дошла до того, что в Крещение, напоила Алису святой водой, выкупала ее в ней же, побрызгала её кроватку, налила и себе 100 грамм, уложила ее спать и, замерев, стала ждать чуда. Чудо произошло. Ровно через 30 минут она проснулась и с улыбкой до ушей встала в своей кроватке. А потом еще через 30… потом еще… Это была на редкость ужасная ночь. Я переваривала святую воду и много думала о бренности бытия.

Восемь месяцев борьбы. Восемь месяцев адских ночей. Без единого просвета. Восемь месяцев без сна! Совместный сон за сон не считается, потому что я сплю не как человек, а как соска.

Сегодня я хотела разбить городской телефон об стену. Какой-то мудак позвонил на него и молчал. Позвонил через 20 минут, после того как я уложила Алису на дневной сон. Она больше не уснула, а я поймала себя на мысли, что хочу с мясом вырвать все телефонные провода и запустить трубкой прямо в стену. То есть совершенно очевидно, что мой стратегический запас нервов иссяк за эти восемь месяцев. И что еще чуть-чуть, и я начну бросаться на людей.

Я налила себе мятного чаю, села и стала думать… Я всё еще в себе, или уже нет? Мне всё еще кормить Алису грудью или не кормить? Всё еще… всё еще… всё еще… Я не верю в злой умысел своей бабушки. Его совершенно точно нет. Но сон, испортившийся за один день, за гранью моего понимания.

Поэтому у меня вопрос/опрос к тем, кто отлучал ребенка от груди до 1,5-2 лет. Вопрос к мамам плохо спящих детей.